— Интересный вопрос задали. Стимулируя социальные выплаты и повышая тем самым покупательную способность населения, можно тогда стимулировать рост ВВП, когда экономика ориентирована на внутренний рынок и когда в стране развито производство товаров народного потребления. А если этого нет?

 

 

— Я ожидал, что вы это скажете.Чего мы добились такой политикой, впрочем, я это даже политикой не назову — просто хаос был! В 2004 году $7 млрд. было позитивное сальдо торгового баланса по товарам. Сейчас — отрицательное $3,3 млрд. Легкая промышленность практически остановилась — дает меньше 1% в ВВП. Ища позитив, я не могу его найти. Непродуманным хаотичным ручным управлением предыдущие правительства добились взрыва ценовой ситуации. Ведь если резко, в отрыве от производительности труда, повышается размер заработной платы, значит, повышаются тарифы, составляющей которых является заработная плата. У нас был фонд оплаты труда около 120 млрд. грн. Сейчас мы планируем 190 млрд. грн. А ведь эти 70 млрд. грн. прироста надо покрывать товарами!

 

 

— Мы должны добиться того, чтобы рост заработной платы соответствовал росту производительности труда в базовых отраслях нашей экономики. А сейчас все наоборот: мы ростом заработной платы в бюджетной сфере, установлением минимальной заработной платы определяем темпы роста заработной платы в экономике. Такая абсурдная политика не может долго продолжаться.

 

 

— Мой рецепт очень прост. Рост зарплаты должен быть системным, корреспондироваться с экономическими показателями. В 2003 году ВВП у нас вырос примерно на 10%, а заработная плата — на 20%. В 2004 году при росте ВВП 12,5% мы позволили себе рост денежных доходов населения на 24%. За вычетом инфляции у нас были абсолютно корреспондирующиеся цифры роста зарплаты, производительности труда и ВВП. Такая политика будет реализовываться и в 2007 году. Следующий год для нас переходный, мы должны устранить диспропорции в экономике. А начиная с 2008 года мы приступим к проведению серьезных структурных преобразований, которые должны подготовить фундамент для серьезного — не только количественного, но и качественного — роста экономики.

 

 

— У нас были большие дебаты с союзниками по коалиции. Мы приняли их аргументы, что рынок земли может функционировать только тогда, когда будет создана необходимая нормативная база, включая рыночные механизмы оценки земли. В то же время они приняли нашу позицию: рынок земли необходимо запускать. Поэтому мы пошли на компромисс, и взяли 2007 год на решение всех вопросов, связанных с формализацией рынка земли. Мы разработаем все необходимые нормативные документы, сделаем государственный реестр, зафиксируем права собственности.

В наших планах — создание Аграрного банка. Я бы назвал его по-другому, по предназначению — Земельный банк, но народным депутатам нравится название Аграрный. В бюджете 2007 года мы предусмотрели средства на наделение этого банка уставным капиталом. Мы договорились с нашими партнерами по коалиции, что проведем все необходимые мероприятия в течение года. С тем, чтобы полномасштабный рынок земли запустить с 2008 года.

 

 

— Будет он продлен, не будет — просто реально рынок земли сельскохозяйственного назначения работать не сможет, потому что отсутствуют необходимые документы.

 

 

— Мы все прекрасно знаем, что на самом деле механизм продажи земли давно работает, просто стыдливо умалчиваем. Но все-таки нужно наводить в этой сфере порядок. Также мы должны придерживаться договоренностей, которые существуют между участниками коалиции, и мы будем эти договоренности соблюдать.

 

 

— Знаете, мне трудно сказать, почему. Я и в правительстве, и в оппозиции не отвечал за эти вопросы. Но поскольку сейчас на мне экономическая политика, то я ваше замечание приму к сведению. Действительно, должны быть обозначены ответственные за это органы, и с них нужно спрашивать за работу. Мало ли чего не делалось!

Ну вот, например, я принял Минфин в августе и удивился, что множество порядков, документов, которые определяют текущее финансирование важнейших расходных статей, до сих пор не разработано. На восьмом месяце исполнения бюджета! Хотелось бы задать вопрос моим предшественникам, а что им мешало это сделать? Что им мешало заложить, например, в бюджет достаточные средства для выплаты пособий будущим мамам? Поднять шумиху по поводу того, что правительство якобы собирается ограничить эту выплату — пожалуйста. А вот заложить в бюджет необходимые средства, чтобы все мамы могли получить это пособие — слабо было?

 

 

— Более 600 млн. просто не были предусмотрены в бюджете, и семь месяцев никто палец о палец не ударил, чтобы разрешить надвигающийся кризис выплат.

 

 

— Нет, не собирается.

 

 

— Да, нет. Бюджет вообще был принят абсолютно несбалансированным по многим позициям. Если бы только мамы. А что делать с военными пенсионерами, которым не хватает 750 млн. грн.? А что делать с субвенцией на жилищно-коммунальные услуги — 2 миллиарда не хватает. А чем они думали, когда исходили при расчете стоимости жилищно-коммунальных услуг из цены газа $46 за 1 тыс. кубометров? Рассказывают сейчас, что 2,5% дефицита бюджета на 2007 год, якобы, ужасно много. А 2% дефицит бюджета 2006 года — это что, реальный показатель? Абсолютно нереальный! Реальный будет значительно выше.

 

 

— Я могу сказать только одно: в любом случае эта проблема будет решена. Стабильность нашей финансовой системы не будет поставлена под вопрос.

 

— Это недостаточный ответ. Какое решение найдете? Для общества важно понимать, держит ли правительство ситуацию в руках?

 

— Есть еще инвесторы, которые по-иному, гораздо придирчивей, чем общество, следят за финансовой ситуацией в нашей стране...

 

 

— Поэтому для финансовых инвесторов я ответственно говорю, что все окей, все нормально, ситуация действительно под контролем.

 

 

— Приватизационные доходы лучше использовать, как они во всем мире используются, — на реализацию инвестиционных программ, что мы и планируем делать. Вот 10 млрд. грн. поступят в следующем году, мы все их используем на модернизацию нашей электроэнергетики, на создание инфраструктурных проектов. Например, у нас есть проект: серьезный транспортный коридор, который связал бы Санкт-Петербург с Одессой. С Россией вели переговоры в 2004 году, а сейчас их продолжим. Мы бы сделали Украину транзитной державой: северный порт связали бы с южным портом. Могли бы подумать над созданием еще одного транспортного коридора, который связал бы Прибалтику более короткой дорогой опять же с южным морем. Это задача государства — реализовывать крупнейшие инфраструктурные проекты, которые создают привлекательную для инвесторов ситуацию. Мы должны создать инфраструктуру, где есть электроэнергия, вода, хорошие дороги. Тогда вправе будем ожидать инвестиционного внимания.

 

— А отечественный капитал, по Вашему мнению, еще недостаточно силен, чтобы заменить внешнего инвестора?

 

— Если мы говорим об инфраструктурных проектах, то внутренний капитал никогда не пойдет в строительство дорог, например, потому что окупаемость дороги — 10-20 лет. Окупаемость шахты — 30 лет. Внутренний капитал пока еще, к сожалению, идет в короткие проекты, где: сегодня вложил миллион, завтра получил два. Задача государства — создать такие условия, чтобы внутренний капитал инвестировался хотя бы в среднесрочные проекты. Мы такую задачу ставим. Планируем на будущий год государственные инвестиции в размере 26,8 млрд. грн. И как бы под прикрытием этих государственных инвестиций намерены привлечь в экономику более 100 млрд. грн. частных денег. Опыт есть: в 2004 году вложили 25 млрд. грн. государственных инвестиций, и 75-80 миллиардов получили внутренних инвестиций. Страна имела 12,5% роста экономики и «проехала» на этом росте еще половину 2005 года. И только героические усилия Юлии Владимировны, изъявшей из экономики 25 млрд. грн., поставили крест на этом росте. Сейчас необходимо все дурости почти двухлетнего экспериментирования с экономикой постепенно устранять. Это наша программа на 2007 год. А в 2008 году мы ставим перед собой задачу увеличения государственных инвестиций примерно до уровня 40 млрд. грн., и планируем привлечь почти 200 млрд. грн. наших внутренних инвестиций. Тем самым создадим почву для качественной перестройки нашей экономики. Вот почему такую надежду возлагаем на СЭЗ, ТПР, на технопарки. Необходимо привлечь путем предоставления преференций реальные инвестиционные проекты. В основном это будет машиностроение, фармацевтика и другие перспективные направления. Я собирал фармацевтов и спрашивал, с какими лекарствами выйдем на внутренний рынок, а может быть и на внешний. У вас есть что-нибудь за душой? Например, в Германии сейчас разработана противораковая вакцина, предупреждающая рак матки. Выделены средства для вакцинации всех немецких женщин. Я спрашиваю, а мы что, корвалол и горчичники продолжаем производить? Где наши разработки, достижения? Вам деньги для этого нужны — скажите. Удешевление кредитов — скажите. Поговорили, разошлись, месяц прошел, предложений пока нет. Зато меня долбят везде: Азаров «черные дыры» открывает. Да, давай, кому открыть дыру? Я готов, нет желающих.

 

— В бюджете-2007 предусмотрена рекордная сумма для поддержки самолетостроения. Правительство уже определилось с будущим нашего ВПК?

 

— Стратегия его развития формируется сейчас. Вы думаете, за месяц это легко сделать, когда кадры поменялись, когда «оранжевая» власть повыбрасывала всех, кого только можно. Балабуева (экс-глава АНТК им. Антонова.— Ред.) вот уволили. Он сейчас прекрасно в Москве работает, и его конструкторы тоже. Поэтому мы сейчас разбирались и с авиастроением. Я не могу сказать, что за этот месяц мы сумели глубоко вникнуть в проблему, но уже совершенно ясно, что, например, Ан-148 мы поставим на серийное производство. Мы договорились, что в 2007 году закончим летные испытания и закупим два самолета для нашей государственной компании «Укравиализинг». А начиная с 2008 года, будем закупать по шесть-восемь самолетов. Важно, чтобы за 2007 год была подготовлена оснастка под серийное производство. У меня уже был представитель «АэроСвита», я ему говорю, хорошо, что ты планируешь «Боинги» закупать, но ты же закупай и нашу технику. И они готовы закупать нашу технику. Такую политику правительство и будет проводить. С авиастроением нам более или менее понятно.

 

Военно-промышленный комплекс... Тоже собирал я людей, говорю, ребята, что у вас живого есть, чтобы мы могли с вами вместе через два-четыре года выйти на внешние рынки? Мы готовы потерпеть, мы не ждем сиюминутных результатов, нам не надо, чтобы завтра нам в ладоши аплодировали.

 

— В прошлом правительстве Януковича Вы курировали тему ЕЭП. Сейчас она не актуальна?

 

— Много спекуляций на эту тему. Мы уже выпали из этого переговорного процесса. Говорят, это имперский российский проект. 16 августа Янукович был в Сочи и подтвердил желание Украины интегрироваться в переговорный процесс по ЕЭП. Прошел месяц. От России нет никаких предложений, и никакого интереса к нам нет. Я всегда говорил об этом и повторяю, что ЕЭП прежде всего было выгодно Украине. Хотя бы с точки зрения надежного доступа к энергоносителям и сохранения на переходный период низких цен на энергоносители. Даже ради одного этого стоило создавать ЕЭП. Сейчас, после того как полтора года власть занималась антироссийской риторикой, восстановить прежний уровень доверия очень трудно. Поэтому я не удивляюсь нынешней позиции россиян.

 

— Т.е. мы не будем форсировать переговоры по ЕЭП?

 

— Любая экономическая идея должна быть взаимовыгодной. Тогда, я думаю, переговоры возобновятся. Кроме того, еще продолжаются такие казусы. Бойко едет в Москву как министр топлива и энергетики на переговоры по газу. В этот же день Тарасюк шлет ноту с требованием вернуть маяки. Я задаю на заседании правительства вопрос, а подождать с этой нотой нельзя было? Надо было именно тогда, когда Бойко полетел на эти сложные переговоры, ноту посылать? И никто не может дать ответ. Очень трудно будет реализовывать экономическую политику, если ей будет противоречить внешняя политика.

 

— Кабмин разнороден. Насколько это сейчас мешает работе и есть ли пути преодоления этой проблемы?

 

— У Кабмина нет альтернативы. Либо он выступает как единый орган и проводит единую политику, либо он не существует.

 

— Сейчас единого органа нет...

 

— Сейчас трудно судить. Прошел всего месяц, и идет нормальный процесс притирки министров друг с другом, с руководством. Пока я не вижу непреодолимых разногласий и противоречий. Пока я оцениваю отдельные инциденты как недопонимание отдельными министрами своего места в Кабмине. Пока. Естественно, когда заместитель министра иностранных дел позволяет себе поправлять премьер-министра в средствах массовой информации, я бы хотел напомнить, что премьер назначен как представитель партии — победителя на выборах и назначен ВР. Это абсолютно легитимный руководитель правительства в отличие от заместителя министра иностранных дел, который назначается, кстати сказать, решением Кабмина, т.е., в итоге, того же премьера.

 

— Меры к возмутителям спокойствия будут применяться?

 

— Пока Виктор Федорович просто разъяснил этому заму, что к чему.

 

— Подействовало?

 

— Посмотрим. Президент в данной ситуации, поскольку это его квота, должен поправить соответствующего руководителя и четко сказать, что он не допустит этого в будущем. Надо понимать, что не может быть отдельно президента, отдельно правительства. Мы единая команда в данной ситуации: успехи правительства — это успехи президента. И неудача правительства — неудача президента.

 

 

— Есть желание найти взаимоприемлемое решение. Есть желание увязать транзитную позицию с ресурсной позицией.

 

— Это чье желание?

 

— Разумеется, украинской стороны. И есть понимание российской стороны, что эти позиции должны быть увязаны. Все взаимосвязано. У нас появился определенный оптимизм относительно того, что цены на 2007 год не будут запредельными. 

 

— Прокомментируйте планы правительства по приватизации стратегических объектов. Ведь непонятно, как без их продажи можно собрать запланированные 10 млрд. грн. Эксперты сходятся во мнении, что подготовленный правительством список на такую сумму «не тянет».

 

— Многие наши предприятия недооценены. Многое из того, что в том списке, находится в хороших местах, в хороших городах, имеет хорошие земельные площадки. Поэтому не надо поверхностно говорить о том, что там нет объектов на 10 млрд. грн. Да, проблема непростая, но она вполне может быть решена. У нас есть время до конца 2006 года, еще три месяца. За это время мы можем утвердить для приватизации другие объекты, если в этом будет необходимость.

 

— А что происходит с «Лугансктепловозом»? Сначала конкурс объявляется, потом его отменяют...

 

— Безусловно, такие решения надо принимать более корректно. Возникли опасения, что Украина потеряет производство локомотивного парка. А у нас большие проблемы сейчас с этим. Руководство Минтранса и «Укрзалізниці» озабочено состоянием локомотивного хозяйства и вагонного парка. Они поставили вопрос о времени, необходимом для анализа и принятия стратегически правильного решения. Поэтому было решено приостановить процесс приватизации предприятия.

Автор: Наталья ЗАЙЦЕВА, Андрей ВОЛЧЕНКО

Комментировать